Хлынул дождь, когда девушки, встав в хоровод, В старом Сульдуси, в Сульдуси пели, И казалось, что дождь все их ленты зальет, Пояса из цветной канители. Пели девушки те на вечерней заре, Под грозой, хоровод не сужая, Но мне слышалось в том дождевом серебре Твое имя — не песня чужая. Пели девушки, ленты качая свои, Дождь ходил полосами косыми, Мне ж звучало над песней неслышное им Твое имя — далекое имя. Люди слушали — песни струилось зерно, Я стоял между ними, чужими,— И над песней, как радуга, жило оно — Твое имя, веселое имя.
<1937-1940>
Вокзалы, всё вокзалы — ожиданья, Здесь паровозы, полные страданья, Горят, изнемогая на глазах, В дыму шагают, пятятся назад. Возможно ...
Мы разучились нищим подавать, Дышать над морем высотой соленой, Встречать зарю и в лавках покупать За медный мусор - золото ...
Сквозь гул Москвы, кипенье городское К тебе, чей век нуждой был так тяжел, Я в заповедник вечного покоя - На Пятницкое кладбище ...
Крутили мельниц диких жернова, Мостили гать, гоняли гурт овечий, Кусала ноги ржавая трава, Ломала вьюга мертвой хваткой плечи. Мы ...
Дома здесь двадцать лет назад В огне и грохоте кипели, И шли бойцы сквозь этот ад Неотразимо — к высшей цели. И вдруг над яростью ...
