Ступал он трудно по отрогу над ледовитою рекой. Их было раньше, гордых, много, и был последний он такой. Не раз испробованный в буре, сегодня сдал он, как назло. Ему от стрел, торчащих в шкуре, внезапно стало тяжело. Он затрубить пытался слабо, чтоб эхо вздрогнуло вдали, но повалился с хрипом набок, и стрелы глубже в бок вошли. Уже над шкурой кто-то трясся, и, занимаясь дележом, умело кто-то резал мясо тяжелым каменным ножом. О, знали б люди эти если, что мамонт, грозен и суров, потомкам будет интересней всех исполнительных слонов и что испытанные в битве, когда он мчался напролом, еще не сдавшиеся бивни храниться будут под стеклом!..
1956
Мы перед чувствами немеем, мы их привыкли умерять, и жить еще мы не умеем и не умеем умирать. Но, избегая вырождений, нельзя с ...
Д. Г. Был я столько раз так больно ранен, добираясь до дому ползком, но не только злобой протаранен — можно ...
Пора вставать... Ресниц не вскинуть сонных. Пора вставать... Будильник сам не свой. В окно глядит и сетует подсолнух, покачивая рыжей ...
Я шатаюсь в толкучке столичной над веселой апрельской водой, возмутительно нелогичный, непростительно молодой. Занимаю трамваи с ...
В стекло уткнувши черный нос, все ждет и ждет кого-то пес. Я руку в шерсть его кладу, и тоже я кого-то жду. Ты помнишь, пес, пора ...
