Вот она, Татарская Россия, Сверху — коммунизм, чуть поскобли... Скулы-желваки, глаза косые, Ширь исколесованной земли. Лучше бы ордой передвигаться, Лучше бы кибитки и гурты, Чем такая грязь эвакуации, Мерзость голода и нищеты. Плач детей, придавленных мешками. Груди матерей без молока. Лучше б в воду и на шею камень, Места хватит — Волга глубока. Над водой нависший смрадный нужник Весь загажен, некуда ступить, И под ним еще кому-то нужно Горстью из реки так жадно пить. Над такой рекой в воде нехватка, И глотка напиться не найдешь... Ринулись мешки, узлы... Посадка! Давка, ругань, вопли, вой, галдеж. Грудь в тисках... Вздохнуть бы посвободней... Лишь верблюд снесет такую кладь. Что-то в воду шлепнулось со сходней, Груз иль человек? Не разобрать. Горевать, что ль, над чужой бедою! Сам спасай, спасайся. Все одно Волжскою разбойною водою Унесет и засосет на дно. Как поладить песне тут с кручиной? Как тягло тягот перебороть? Резать правду-матку с матерщиной? Всем претит ее крутой ломоть. Как тут Правду отличить от Кривды, Как нащупать в бездорожье путь, Если и клочка газетной «Правды» Для цигарки горькой не свернуть?
9 ноября 1941, Чистополь
Дремали вы среди молчанья, Как тайну вечную, сокрыв Все, что пред первым днем созданья Узрел ваш огненный разлив. Но вас от мрака и ...
* * * Ты дико-сумрачна и косна, Хоть окрылил тебя Господь,- Но как ярка, как кровеносна Твоя железистая плоть! И в таинствах ...
Небо, словно чье-то вымя, В трещины земли сухой Свой полуденный удой Льет струями огневыми. И пока, звеня в ушах, Не закаплет кровь из ...
Их вывели тихо под стук барабана, За час до рассвета, пред радужным днем - И звезды среди голубого тумана Горели холодным ...
Подсолнух поздний догорал в полях, И, вкрапленный в сапфировых глубинах, На легком зное нежился размах Поблескивавших крыльев ...
