Сидит Агарь опальная, И плачутся струи Источника печального Беэрлахай-рои. Там— земли Авраамовы, А сей простор — ничей: Вокруг, до Сура самого, Пустыня перед ней. Тоска, тоска звериная! Впервые жжет слеза Египетские, длинные, Пустынные глаза. Блестит струя холодная, Как лезвие ножа,— О, страшная, бесплодная, О, злая госпожа!.. «Агарь!» — И кровь отхлынула От смуглого лица. Глядит,— и брови сдвинула На Божьего гонца...
Снова знак к отплытию нам дан! Дикой полночью из пристани мы выбыли. Снова сердце — сумасшедший капитан — Правит парус к неотвратной ...
Она беззаботна еще, она молода, Еще не прорезались зубы у Страсти,— Не водка, не спирт, но уже не вода, А пенистое, озорное, певучее ...
Господи! Я не довольно ль жила? Берег обрывист. Вода тяжела. Стынут свинцовые отсветы. Господи!.. Полночь над городом пробило. Ночь ...
Прекрасная пора была! Мне шел двадцатый год. Алмазною параболой взвивался водомет. Пушок валился с тополя, и с самого утра вокруг ...
От смерти спешить некуда, а все-таки - спешат. "Некогда, некогда, некогда" стучит ошалелый шаг. Горланят песню рекруты, шагая по ...
