Склонись с тоскою всякое чело —: Пасется Мир в равнине Ватерло! Где до небес рычал сраженный лев, Стоят теперь корыто, ясли, хлев, Шумит трава, и, в час иных забот, Проходит плуг, и бродит мелкий скот... Где грозно смерть гнала свою метель, Теперь пастух поет в свою свирель... Что в гордом сне замыслил Человек, Смела гроза, суровый меч рассек! Что ж, сердце, с болью мечешься в груди! Тужи, но знай — Пустыня впереди... Умолкнет в мире всякая молва... На все прольет свой скорбный шум трава, Склонив к покою каждое крыло — Как этот мир в равнине Ватерло!
Передо мной все тот же шум глухой, Дитя знакомого смятенья, Все тот же яростный прибой, Упорный, как огонь сомненья, Все тот же сон на ...
Текут, текут песчинки В угоду бытию, Крестины и поминки Вплетая в нить свою... Упорен бег их серый, Один, что свет, что мгла... Судьба ...
Стою один на перекрестке, Средь шума улиц городских, Вникая праздно в пыль и блестки, В покой и важность лиц людских... Какое хитрое ...
Дышит полночь тенью жуткой... Тьма в окне и в сердце тьма... Сладость — малая минутка... Горечь — долгая зима... Чуткий дух в тоске ...
A Jiovanni Papini* В полдневный час, целуя алчно землю, С молитвенной и трепетной тоской Я славлю мир, и жребий свой ...
